Войти Полная версия
Zlydzen
15 июня 19:11
Вадим Селюкин: «Если бы можно было иметь второе гражданство, получил бы беларуский паспорт»

Вадиму Селюкину посвящена страница в Википедии. Участвовал в боевых действиях в Чечне. В 2002 году после ранения лишился обеих ног, а в 2014 году стал серебряным призёром паралимпийских игр в Сочи в составе сборной России по следж-хоккею. Весной Вадима Селюкина избрали первым вице-президентом Всероссийской Федерации спорта лиц с поражением опорно-двигательного аппарата.


Вадим ловко выезжает из арендованного на время отдыха домика в Беловежской пуще. Говорит, с безбарьерной средой никаких проблем. Со своей женой Ириной познакомился ещё до того, как получил тяжёлую травму, а поженились после. Сейчас в семье подрастает 11-летняя дочка Катенька. Заранее договорились, что о травме говорить не будем.


Вадим Селюкин


Вадим Селюкин с дочкой в Беловежской пуще


О следж-хоккее


– Я не планировал заниматься спортом. После госпиталя надо было как-то обустраивать свою жизнь без армии. Поучился в университете, окончил факультет управления организациями. И тут товарищ, с которым мы вместе служили, предложил заняться плаванием. Дальше была лёгкая атлетика. Следж-хоккей я тогда видел только по телевизору, ещё в 2006 году одна чиновница мне сказала, что такого спорта у нас не будет никогда. А в 2009 году, за пять лет до олимпиады в Сочи, в России его решили создать, начали собирать команду. Это дорогой вид спорта: сани “летят”, клюшки тоже. Если бы не олимпиада в России, никакого хоккея бы не было. А вообще, если когда-нибудь в Беларуси будет зимняя Олимпиада, то для подготовки национальной сборной по следж-хоккею, способной выигрывать, нужно 4-5 лет. До 2013 года я был капитаном своей сборной. Но перед Олимпийскими играми назначили другого игрока. Причина одна – не знаю иностранных языков. На международных соревнованиях с судьями нужно общаться на английском.


О трофеях


Олимпийское “серебро” – важное достижение нашей сборной. Важное, но не единственное. Две “бронзы” на двух чемпионатах мира, “золото” на чемпионате Европы в 2016 году. Призовое место на международных соревнованиях – гарантия того, что у спортсмена без ног будет зарплата на ближайший год. Только в случае побед мы получаем стипендию. До 2013 года команда работала на энтузиазме. Перед первым чемпионатом мира в 2013 году мы 300 дней провели на сборах. А когда готовились к сочинской олимпиаде, дома бывали по 2-3 месяца в году. И сейчас сбор закончился, а 24 мая едем в Кисловодск.


Вадим Селюкин


О возрасте спортсмена


Мне 41 год, и я один из самых возрастных игроков. Следж-хоккей – спорт молодых, но в наших командах ещё осталось несколько человек, которым за сорок. И мы ещё поиграем. А вот был в американской команде игрок Алексии Соломон. Он родился где-то под Чернобылем, без ног, его усыновили в США. И там он после какой-то олимпиады стал лучшим игроком планеты. Но уже до 30 лет завершил карьеру спортсмена. В Канаде, Америке следж-хоккей – чуть ли не национальный вид спорта. Когда мы были в Канаде, там только в провинции Онтарио больше сорока команд. И все инвалиды, какие бы увечья у них ни были, занимаются. Кто не может ездить – того возят. И дети, и взрослые. Это отличная реабилитация.


О недопуске к паралимпиаде


Когда россиян не допустили к участию в паралимпиаде в Корее, было обидно. Мы стали сильнее. Готовы были выступать и выигрывать. Сборную отстранили, но клубы по-прежнему ездят на международные турниры. И там мы на голову всех сильнее. Клуб “Феникс”, за который я выступаю, за несколько дней до последней паралимпиады играл с корейской сборной, которая после вошла в призовую тройку. У нас было три контрольные встречи, и мы их все выиграли. При том что сейчас мой клуб – не самый сильный в стране, мы на втором месте.


Вадим Селюкин


О мобильности


Я получил права ещё до травмы, после переделал машину на ручное управление. Мы живём в пригороде Москвы в минском направлении. Выезжаешь на трассу М1 и уже через несколько часов на границе. За рулём чаще всего сижу я. Только если устану, прошу жену пересесть на водительское кресло. 1000 километров до Бреста – вообще не проблема для меня. Езжу обычно без знака. Ставлю его, только если припарковаться надо, чтобы не эвакуировали автомобиль.


О дискриминации


Ни разу не сталкивался с этим. Бывают какие-то казусы. Например, случалось, как ко мне подходила сердобольная старушка и с причитаниями протягивала мне денежку. Чтобы этого избежать, стараюсь лучше одеваться, когда на коляске. Протезы я тоже освоил, но в поездки мы их редко берём – слишком много места занимают в машине. А так могу с семьёй в кафе сходить.


О Беларуси


Мы здесь уже в пятый раз. Сначала снимали гостиницу в Кобрине, а последние три раза арендуем домик в пуще. Отсюда удобней добираться и до Бреста, и до центральной усадьбы Беловежской пущи. Устраивает абсолютно всё: если бы можно было иметь второе гражданство, получил бы беларуский паспорт. У меня сейчас перерыв между сборами, а у супруги 9 мая был день рождения. Вот и решили приехать. В пуще выбираем веломаршрут “Большое путешествие”. Ириша с Катей на велосипедах, а я на коляске – 30 километров. Часов пять катим, а потом в Брест на салют. Отношение у беларусов к людям просто потрясающее. В крепости попросили милиционера пустить меня и семью за ограждение, чтобы лучше видеть – без проблем. Беларусь стала вторым домом.


Катерина Богданова, Natatnik.by


фото автора, ПКРСоветский спорт”


Комментарии: 0
Комментировать
Новости СМИ2